Как написал один знаменитый советский журналист про своего не менее знаменитого коллегу: «Передо мной стоит почти невыполнимая задача — рассказать о господине Н., ни разу не употребив слова «гнида». Это я к тому, что весьма непросто в очередной раз выступать в сомнительной роли адвоката дьявола — все мы знаем, сколько у нас народу ежегодно гибнет и калечится в виду неумелого обращения со спиртными напитками. Как гласил один советский постреволюционный плакат: «Алкоголизм — опасный пережиток, источник зла, страдания и пыток». А другой плакат ему вторил: «Не пей, потому что с пьяных глаз ты можешь обнять классового врага!».

С другой стороны, совсем не случайно наши братья — казаки придумали поговорку: «Кто не пьет совсем — либо шибко хворый, либо крупна падла». С ними, как ни странно, был солидарен известный славянофоб Карл Маркс: «Человек, который не любит и не пьет вино, вряд ли может быть годен на что-нибудь путное».

Осмелюсь констатировать: вся наша христианская цивилизация — безусловно алкогольная цивилизация, и символ ее бутыль со спиртом. Само слово «спирт», т.е. «спиритус», в переводе с латыни — «дух». Алкоголь всегда играл и играет в жизни европейцев огромную роль. Между прочим, давно пора избавиться от широко распространенного заблуждения — не знаю, чего в нем больше, то ли мании величия, то ли, наоборот, комплекса неполноценности, то ли патологического их переплетения, — что русские пьют больше всех. По крайней мере, не меньше нашего употребляют англичане или немцы, я уж молчу про ирландцев. Белый человек пил, пьет и будет пить, если, конечно, не подсядет, допустим, на гашиш — кстати, символ мусульманской цивилизации. И это медицинский факт.

Так же, как факт, причем, установленный еще в античную эпоху, и то, что все есть яд и все есть лекарство. Жизнь дается человеку один раз и прожить ее надо так, чтобы не ошибиться в пропорциях. Увы, не все это могут. Как говорится, кто весел, тот смеется, кто хочет, тот допьется.
Ключевое слово здесь — «хочет». Нам дана свобода выбора. В этой связи не могу не вспомнить знаменитую фразу американского публициста Норта: «Я бы предпочел видеть весь мир пьяным добровольно, чем одного человека трезвым насильно. Норт знал о чем говорил. Именно на перебродившей жиже насильственного, якобы, отрезвления, расцвело в Америке пышным цветом такое специфическое общественно-политическое явление, как мафия. Да и горький пример нашего многострадального отечества свидетельствует, к каким печальным последствиям обычно приводят так называемые «сухие» законы и указы. Вспомним и начало 20 века — да, от многого, наверное, было бы избавление, если бы в октябре 17-го Ильич пребывал в таком состоянии, что не смог вскарабкаться на броневичок, — и его перестроечный финал.
Словом, пить можно и нужно. Но, в соответствии с заповедью Омара Хайяма — контролируя, когда и где и с кем, и сколько. А также по велению Петра 1:  «Не пьянства окаянного ради, а токмо пользы для». И, естественно, «пей, пей, да дело разумей».

Согласен, некоторым, пить нельзя в принципе. Прямо по Довлатову: «Гриша трезвый и Гриша пьяный — абсолютно разные люди, даже не знакомые друг с другом». Как писал знаменитый русский философ Владимир Соловьев: «Вино — прекрасный реагент. В нем обнаруживается весь человек: кто скот, тот в вине станет совершеннейшей скотиной, а кто человек, тот станет выше человека». То есть, если нет у тебя силы воли, крепости духа и характера, если склонен ты к истерикам и зависимости, к этим вот эксцессам: «Напился, ругался, сломал деревцо, стыдно смотреть людям в лицо», и уж тем более, если ты — беременная женщина, отрок до 18 лет или, допустим, водила накануне рейса, тогда не льни к бутылке.

Правда, оскотинивание и повышенную агрессивность значительной части нашего населения я бы связал скорее не с алкоголем, а с плачевными социально-экономическими обстоятельствами. Последние, как минимум 20 лет народ в России терзаем беспрерывным стрессом и полной неуверенностью в завтрашнем дне. Что готовит грядущее, не известно никому, включая двуглавую властную вертикаль. Отсюда — тотальная депрессия, бытовой мордобой, скандалы, и драки, и мат, и прочие нехорошие излишества.

Завершу так. Хочешь — пей, не хочешь не пей. Главное, помни: вино, кстати, по подсчетам ученых слово «вино» встречается в Библии более 500 раз, так вот, вино — от Бога, а пьянство — от дьявола. И, как одна заботливая еврейская мама наставляла своего соответственно, еврейского сына Мишу Казакова: «Мишка, никогда не пей грустного вина, пей только веселое вино». Лучше, добавлю от себя, после работы и под приличную закуску.

Игорь Резниченко