Да, Китай-Канада, Гоголь-Гегель, опростохвостился я несколько. Прямо как брателло Янукович, победитель, как мы теперь знаем, второго тура президентских выборов на Украине, большой интеллектуал и прирожденный оратор — Цицерон, в натуре, смерть литературе! — поприветствовавший жителей Львова и прочих «западенцев» примечательной фразой: «Здесь собрался лучший геноцид нации!». Правильно, геноцид-генофонд, кто там евреям кровь пускал — немцы или бандеровцы, какая разница? Да и неистовая златовласка Юля, пассионария с косой, редкой масти устрица, тоже не подкачала. Главное, сказала, достижение нашего правительства — рост инфляции. Аплодисменты...
Игорь Резниченко о бое «Украина — не Россия»
Следует честно признаться: своим безудержным энтузиазмом мы, феерически талантливые люди, не мыслящие жизни без «Бойцовского клуба», приносим неимоверную пользу человечеству. Нет, правда, даже трудно сразу сказать, с чего еще мы не сорвали покровы, и какое явление не подвергли беспристрастному анализу. Чего уж греха таить, не доглядишь за нами — обязательно что-нибудь обнажим или, не дай, конечно, Бог, проанализируем. Это, допустим, или то. Чтобы человечество вздрогнуло от неожиданности и прозрело. Чтобы наступили, наконец, всеобщее процветание, дальнейший прогресс, повсеместная нега и диспансеризация. Однако до этого, к сожалению, а может, и к счастью, пока далеко. Поэтому нам не остается ничего другого, как по-прежнему настырно и упрямо ползти по снегу, не есть, не спать, срывать и анализировать, анализировать и срывать. Вот и холодным вечером 21 января неравнодушной публике было предложено озадачиться серьезной и застарелой российской, впрочем, не только российской проблемой: кто сильнее — кит или слон?
Игорь Резниченко о бое «Приоритетная роль в борьбе с коррупцией: государство vs общество»
Писать надо так: блеснуло у тебя в тексте серебряное лезвие селедки, а читателю — раз — уже и пить захотелось. Или так: изобразил что-нибудь возвышенное, штопор, допустим, в упругой пробке и вот у романтически настроенных особ, глядь, вздохами лифчики рвутся. А лучше всего эдак: ошарашивая публику измышлениями, в которых слова трещат и искрятся, как пиротехника в костре. Благо для творческих поползновений есть самый подходящий материал: взрывоопасная площадка «Бойцовского клуба», ослепительная конферансье, подрывные темы. Например, накануне неортодоксального Рождества общественности было предложено тяжело задуматься над вопросом: «Нужен ли я России?».
Игорь Резниченко о бое «Я нужен России?»
А Сталин действительно, как сказал Черчилль, принял Россию с сохой, а оставил ее с атомной бомбой. Каковую фразу, впрочем, не чурающийся крохоборства Марк прокомментировал в том скептическом смысле, что бомба бомбой, но ведь и соха никуда не делась. Что ж, отчасти я с ним согласен, но не это главное. Главное — состояние подвига, ощущение личной причастности к грандиозным государственным свершениям, самовосприятие себя народом-победителем, олицетворял которое, и это факт, товарищ Сталин.
Игорь Резниченко о бое «Сталин: мудрый руководитель или неэффективный менеджер?»
Дворник Тихон, как мы знаем из классики, в очках не нуждался, но привык и носил их с удовольствием. То есть, почти никто в России не знает, что такое «эвфемизм», но, с одной стороны, испытывая острую и постоянную необходимость в использовании экстраординарно-экспрессивной лексики, а с другой, ущучивая по наитию, что не всегда и не везде она уместна, многие из нас предельную степень своих чувств, по крайней мере в публичной сфере, стараются все-таки вербально смягчить, сгладить, хоть как-нибудь завуалировать. Фильтруют, короче, базар.
Игорь Резниченко о бое «Тутаев или Романов-Борисоглебск?»

Африканским колдунам иногда удается подуть-поплевать, пошипеть-покудахтать, да и уговорить гуталиновых божков знойного их неба ниспослать, наконец, осадки на иссушенные саванны. Или, наоборот, в сезон дождей, убедить тучи расступиться на часок, чтобы нарядные, собравшиеся праздновать День взятия Бастилии белые матери и отцы могли преодолеть расстояние от машины до посольства, не промокнув до нитки. Тому есть свидетели, в частности, пытливый культуртрегер Ерофеев Виктор. Алеутские шаманы, говорят, умеют организовать удачную охоту на самого мясистого кита. В Хакассии живут чародеи камлания, способные менять направления движения воздушных стихий, повелевающие ветром и туманом, по случаю, за дополнительные дары, могущие извести вашего врага даже по фотографии. За что им всем почет и низкопоклонство от всего общества, копченые крылышки жирафа и строганина из сырых полярников.
Игорь Резниченко о бое «Государство не должно помогать частному бизнесу»

Вообще-то тогда, если честно, я явил себя свету раньше, чем следовало. Они с коллегиальным скрипом поворотили ко мне кочаны голов, блины их лиц выражали недоумение и некоторое беспокойство. Дескать, а это что еще за хрен с горы выкатился? Подозрительный элемент в кожаных штанах и бакенбардах? Пришлось, проворно сделав книксен, заглотить кисть винограда и пойти пока покурить, дабы не препятствовать священнодейству: поздравлению топ-менеджментом мэрии директора Джазового центра Игоря Вячеславовича Гаврилова с юбилеем. Впрочем, в дверях я невольно притормозил, остановился и даже оглянулся. На слова забавного человека с хитрыми зеницами очей по фамилии Величко. Не нравится мне, сказал тостующий человек Величко, термин «чиновники». Предлагаю называть нас просто... Неужели, думаю, сейчас разоткровенничается и прямо так и закончит: «...хозяева»? Но нет, не раскололся хитрец, зафиналил пресными «руководителями».
Игорь Резниченко о бое «Я знаю, как все изменить!»

Давно уже имел я намерение написать историю какого-нибудь города. Признался однажды тверской вице-губернатор Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин и воплотил намеченное. Да как воплотил! За одни только фразы: «Население к питанию склонно, но средств для оного не имеет», и: «Российская власть должна держать свой народ в состоянии постоянного изумления», он уже мог бы претендовать на место в пантеоне вечно актуальных русских классиков.
Игорь Резниченко о бое «Пришло время перемен! Мэр должен уйти в отставку»

Именно на такой — вопиюще-восклицательной, когнитивно-, не побоюсь этого определения, диссонансной ноте, когда активным участникам коллоквиума удалось преодолеть доминанту интеллекта и, наконец, достичь зияющих высот чистой беспримесной эмоциональности, закончились дружеские дебаты-посиделки одного небезызвестного вольнодумца, карбонария и почти Робеспьера и его ненаглядных оппонентов, пламенных реакционеров, свято убежденных, что настоящая для всех нас «мама» — никакая не гулена-анархия, а совсем наоборот — благолепная монархия, строгий, но справедливый продукт русского терема. То есть, получается, совершенно вроде бы сейчас неактуальная проблема: «Нужен ли России царь?», до сих пор будоражит мозг, волнует кровь, щекочет нервные окончания и провоцирует членовредительство мыслящей публики.
Игорь Резниченко о бое «России нужен царь?»

...Облитерирующий эндартериит... Пагубное и смердящее скопление нечистот... Демографические провалы, фурункулезы, хиросимы, напалмы, нагасаки, башни-близнецы... Клещевой энцефалит, религиозные распри, крушение династий, пепел империй, грызня марксистских диктатур, маньчжурская лихорадка и вообще армагедон и геенна! Травянистое растение семейства пасленовых... Потусторонняя власть, чужая воля, болезненное влечение... Ложные убеждения на уровне бессознательной некомпетенции с трансляцией программных установок тотального саморазрушения... Мнимая свобода, иллюзорный позыв, биологическое рабство... Непоправимый ущерб собственной инфраструктуре, сено, пропущенное через лошадь, внушенный рефлекс... А ЖПЗ? Почему никто не слышал о ЖПЗ, об этой гнуснейшей и позорнейшей формуле: Желание + Потребность=Зависимость!?. А друг-блондин? Только он тебе не друг-блондин, а сволочь и отребье человечества, ибо приобщил тебя радостно к вонючему ритуалу самоотравления... А еще, я знаю, бывают такие случаи: придут гости на именины, сядут за стол, выпьют, закусят, закурят и — раз, два, три — неожиданно умрут... Зло торжествует! Погибель подкрадывается! Близятся сроки Воздаяния! Но ничего, ничего. Мне открылся Путь, наш общий Млечный Путь! Расслабьтесь, люди, потрясите кистями, а теперь поднимите руки и очиститесь от скверны!.. И, пожалуйста, не убивайте сами себя, — это доставляет мне огорчение. Пастырь мудрее человеков! Держитесь за ризу Владиславову! Кстати, кто-нибудь видел тараканов со своим дихлофосом?..
Игорь Резниченко о бое «Курение — вредная привычка или опасная зависимость»

Точнее наблюдательного (он, например, первым заприметил, что Гитлер, таки да, похож на Эдгара По) молодого отца Вениаминыча Лимонова, пришедшего в этот мир, чтобы его немножко беспокоить, пожалуй, не скажешь: молодежь — самый угнетенный класс. Нынешней то ли повальной тандемии, то ли сувенирной тандемократии она не нужна. Ибо частенько неблагонадежна и иногда подозрительна. Хороший индеец, как мы знаем, это мертвый индеец, а вертикально окормляемый российский подданный в идеале должен быть пожилым, потертым и потрескавшимся, как моя старая «косушка», морщинистым, пожухлым, и чуть пришибленным, как губернатор в отставке, можно бабушкой и ее внучатами. Более того, меня гложет великое подозрение, что для ЗАО «Российская Федерация» и эти согбенные, обшарпанные и вполне послушные граждане — лишний балласт и непрофильные активы. Зачем углеводородному купечеству нахлебники и приживалы, нах они сдались? Купечеству довольно работяг — обслуживать трубу, офисной шелупони — начислять паханам дивиденды, разнокалиберных клоунов — удовлетворять разнообразные всевозрастающие хозяйские потребности, пустомель, якобы политологов — разъяснять податным сословиям, что все ништяк и зашибись, и, конечно, охранки — внушать всякой там несогласной сволочи, счастья своего не разумеющей, насколько она не права и вообще стеречь и бдить, держать и не пущать. То есть, буквально, пару десятков миллионов голов. А ежели, допустим, юноша, обдумывающий житье, не желает подаваться ни в чумазые, ни в счетоводы, ни в бляди, ни в мудозвоны, ни в вертухаи, словом, в челядь? Так прямо, стервец, и заявляет — не хочу быть симулякром дрожащим в теперешнем то ли квазисовке, то ли новом издании самодержавия, более беззаконном, чем при царях, менее демократическом, чем при коммунистах! А хочу быть практикаблем, именно им, блин, право имеющим!
Игорь Резниченко о бое «Молодежные организации — пушечное мясо»

Конечно, миновать эту круглую дату — 01.09.39., не оглядываясь, было никак нельзя. Все-таки годовщина-то не шуточная, событие нашумевшее — ровно 70 лет назад в 4.45 утра страшно обиженные в Версале, истомившиеся без настоящего дела стальные легионы вермахта двинулись «нах Ост», расширять жизненное пространство, осваивать Земной шар железом и кровью, доказывать встречным народам и государствам, что «арийское — значит, отличное». Первой попытаться опровергнуть этот спорный постулат выпало, как известно, Польше. Гораздо менее известно, что именно послужило катализатором начала Второй Мировой войны, чьи действия либо отсутствие оных развязали руки Адольфу Алоизовичу, ни в чем себе не отказывавшему, какие приватные соглашения с ним более способствовали всепланетному кровопусканию — Мюнхенский сговор либо пакт Молотова-Риббентропа? Точнее, так — все или почти все телодвижения противоборствующих сторон накануне войны давно уже тщательнейшим образом запротоколированы и обнародованы, вот только выводы на их основе производятся абсолютно разные. Отсюда и получается, что в стельку «благодарные» европейцы — см. Вильнюсскую резолюцию ОБСЕ от 2 июля с.г., официально провозгласившую 23 августа, когда был подписан договор между СССР и Германией, «днем памяти жертв нацизма и сталинизма», — без смущения и дрожи в коленках уравнивают в монструозности фашизм и коммунизм, скрещивая свастику со звездой и рисуя жутчайший образ красно-коричневого чудовища с челкой господина Гитлера и усами товарища Сталина, раздирающего на части бедненькую — несчастненькую сиротку Европу.
Игорь Резниченко о бое «Польша: жертва или провокатор?»

Как написал один знаменитый советский журналист про своего не менее знаменитого коллегу: «Передо мной стоит почти невыполнимая задача — рассказать о господине Н., ни разу не употребив слова «гнида». Это я к тому, что весьма непросто в очередной раз выступать в сомнительной роли адвоката дьявола — все мы знаем, сколько у нас народу ежегодно гибнет и калечится в виду неумелого обращения со спиртными напитками. Как гласил один советский постреволюционный плакат: «Алкоголизм — опасный пережиток, источник зла, страдания и пыток». А другой плакат ему вторил: «Не пей, потому что с пьяных глаз ты можешь обнять классового врага!».
Игорь Резниченко о бое «Пить или не пить»

Затейливая все-таки идея: подавать политику к столу, как рыбу к пиву. Помниться, неплохо это получалось у одного неудачливого художника, зато болтливого ефрейтора, правда закончилось все это для него не очень. Впрочем, бар с характерным заголовком «PR» (паблик рилейшен, стало быть, пиар) я бы сравнил скорее не с мюнхенской пивной, а с заброшенным в наши широты осколком легендарной Флит-стрит, лондонской улицы журналистов, в многочисленных пабах которой тамошние пролетарии пера и топора решают между седьмой и восьмой судьбы кабинета министров.
Игорь Резниченко о бое «России нужна ювенальная юстиция?»

Мне очень понравилось принять участие в Бойцовском клубе в Ярославле. Я думаю, что если человек туда приходит послушать, значит это человеку интересно, а если человек приезжает выступить, значит ему интересно выступить: в итоге получается союз между залом и выступающим., Даже если зал не согласен, если зал насуплен, все равно это небесполезная ситуация, когда возникает возможность послушать мнение другого человека. Хорошо когда есть дискуссия между двумя оппонентами, когда один спорит с другим и особенно когда это происходит вживую.
Сергей Шаргунов о своем выступлении в «Бойцовском клубе»